Мы — мой гид Лемон совершенно неопределенного возраста, но явно умудренного опытом, его ассистент Тоно и я мчались на длинной деревянной лодке — лонгботе по водохранилищу Батанг-Ай. Рулевой, сидящий на корме, ловко лавировал между остовами деревьев. Водоем здесь образовался в конце 80-х годов, когда построили гидроэлектростанцию. Затопили несколько деревень, переселили жителей, а вот лес вырубать не стали, поэтому торчащие из воды стволы выглядели весьма странно.
Участки с большим скоплением деревьев мы проходили на низкой скорости, вся поездка вообще напоминала водный аттракцион — сидящий на носу парень привычно показывал знаками, куда повернуть, чтобы объехать препятствие. Сама лодка была столь низкой, что я первое время просчитывала урон, который понес в случае, если это судно перевернется. Но к моему удивлению, лодка ибанов — на котором передвигаются все представители этого племени по местным рекам, оказалась весьма маневренной и устойчивой. Она легко проходила по мелководью — в этом случае штурман доставал длинную палку и отталкивался ею от дна. На бурных порогах реки Делок ощущения были как на мертвой петле — духзахватывало, а на меня лишь попадали несколько сверкающих капель.
Эти лодки делают традиционным способом — выдалбливают из большого ствола местных деревьев — железного дерева, меранти или энгабанга, укрепляют днище, делают поперечные распорки и устанавливают незамысловатые сиденья. Раньше передвигались лишь с помощью весла, гребли стоя на носу. Но сегодня почти у всех на лодках стоят моторы.
Через час мы дошли до высокого порога, через который лонгботы пробраться не в состоянии. Решение оказалось простым, мы просто сменили лодку. Весь свой скарб, включая лодочный мотор перетащили на другое судно быстро, и еще минут через двадцать пришвартовались в маленькой протоке у нашего первого лоджа Nanga Sumpa, где-то в джунглях национального парка Батанг-Ай, в штате Саравак.
Номер был прост — пара кроватей с москитной сеткой, стул и стол, ванная комната. Под потолком поскрипывал вентилятор, обдувая приятной прохладой. Перед поездкой в джунгли я получила все необходимые инструкции. «Возьмите с собой синтетическую одежду, ничего из хлопковой не высохнет, понадобится легкая обувь». Я была готова к тому, что все будет по-походному, в этом лодже хотя бы был вентилятор, в другом не будет даже электричества и, как следствие, ничего больше. К совету я прислушалась, но и майки и шорты из искусственных, хоть и современных тканей не то, чтобы вмиг высыхали. Через пару минут в дверь затарабанили: «Оля, быстрее — орангутаны неподалеку». Я схватила камеру и забыв скинуть кроксы, выбежала на стремительную прогулку.
Лемон тихо пробирался по тропинке в лесной чаще, останавливался, втягивал носом воздух, прислушивался. Мы потихоньку вышли к реке с намерением ее перейти вброд. Лемон сделал шаг, что-то крикнул, я и не разобрала и неожиданно для меня плюхнулся в воду. Я инстинктивно кинулась ему на помощь и тут в мои ноги вонзились раскаленные иглы. В глазах потемнело от боли — меня кусали огненные муравьи. Я завопила и тоже кинулась в реку, подвывая и буквально, теряя тапки — кроксы. «Это сейчас пройдет», — утешал меня Лемон. Это больно, но совершенно неопасно». Оказывается, он пытался предупредить меня крича: «Ants!». Постепенно боль утихала, но повторения не хотелось. Хорошая новость была в том, что этих гадов в целом, хорошо видно, они крупные.
«Оля, когда ты в лесу — обучал меня Лемон, — у тебя должно быть две пары глаз. Нужно смотреть наверх и под ноги». Лес незнакомку пускал неохотно, а может просто проверял меня на прочность — хватал за рукав ветками, бросал под ноги лианы, цеплял на штанины всякие колючки и показал муравьиные защиты. И спрятал от нас орангутанов, хотя, по правде говоря, похоже, мы сами их и распугали.
После ужина, перейдя реку по подвесному мосту, мы с Лемоном оказались в лонгхаусе, традиционном доме ибанов. Это традиционная коммуналка, в которой дверь в дверь живут два десятка семей. Живут дружно, словно одна семья, как бы в это не было трудно поверить жителю московской многоэтажки. Медленно двигаясь по длинному коридору, я с любопытством заглядывала в приоткрытые двери — кто-то смотрел футбольный матч по телевизору, кто-то хлопотал в комнатах по хозяйству. Все встречаются в raye – так называется общественное пространство — обсуждают новости, сплетничают, занимаются плетением корзин из местного тростника и трав. У большинства дверей на веревочках висели образцы разных размеров с геометрическими и антропоморфными узорами. Стало понятно, что общине я точно помогу, вынеся несколько корзин.
Никто из обитателей дома не говорил по-английски, но все улыбались. Детишки вертелись рядом — сразу было видно, что гостей любят. Нас пригласили сесть на деревянный диванчик и сразу угостили чаркой рисового вина. Ее делает для гостей жена старейшины, она же разливала напиток по рюмкам. Вечеринка у ибанов — редкая возможность пообщаться с местными жителями, задать вопросы, в том числе и глупые, о том, как им живется в самом сердце влажных джунглей. Диалог стал возможен благодаря компании Borneo Adventures, с которой я путешествовала. Она много лет поддерживает комьюнити ибанов, помогает по самым разным вопросами и конечно, дает работу в компании. Деревенские жители работают гидами и проводниками, готовят еду и охотно во всем помогают туристам.
«А как вы стали старейшиной?», — поинтересовалась я, разглядывая сухого пожилого и седого человека. Оказалось, через выборы. Раньше это передавалось от отца к сыну. Если приходилось выбирать, то лидером становился самый сильный. Но с 1980-х всё изменилось. Многие деревни и лонгхаусы стали предпочитать управленца, который умеет читать и писать. Сейчас нужен лидер, который хотя бы умеет пользоваться интернетом и связью, его выбирают на общем собрании.
Мы поговорили о местных тату — сегодня снова вернулась мода на традиционные орнаменты ибанов и молодежь с удовольствием украшает свои тела. Мои парни, что сопровождали меня в поездке были как раз из таких. Посекретничали о конфиденциальность данных и отношений — оказалось, что если молодоженам нужно уединиться во время медового месяца, то лучше идти в специальный домик на грядках, подальше от лонгхауса. Узнали о тонкостях знакомств — партнера по браку ищут во время фестивалей, когда встречаются соседние общины.
К шаману обращаются не только с медицинскими недугами, он умеет выслушать и дать совет на любую тема, сделает ритуалы и проведет целительную церемонию. Впрочем, в лонгхаусе те, кто работает с туристами обучены правилам первой помощи, если вдруг духи предков не окажут поддержки.
Ранним утром после завтрака, мы снова отправились в лес в поисках диких орангутанов. Мы неспешно шли по заросшим тропинкам, поднимались на высокий холм. Я задрала голову посмотреть наверх, чаща была столько густая, что неба было не видно. «Этот тропический лес — один из старейших на планете, ему примерно 130 миллионов лет. что делает его вдвое старше Амазонии. От земли до кроны в этом лесу пять различных экосистем и в каждой обитают и растут сотни видов» — рассказывал мне Лемон. — Здесь водятся 156 видов змей, из которых примерно 10% ядовитые, примерно 15 000 видов растений, 3 000 деревьев, более 200 наземных млекопитающих и 420 видов птиц. И из этого числа сотня эндемиков».
В джунглях обучаешься быстро — ну как я с муравьями. Запомнила кто такие и где водятся навсегда. Безопасно гулять по джунглям можно только в компании настоящего ибана. Для людей этого племени лес — это все. Здесь они охотятся, проводят ритуалы, собирают лекарственные растения.
На поясе Лемона болтался огромный мандау— похожий на мачете нож, традиционно используемый даяками. Он изредка рубил им растения или использовал для наглядного урока, делая надрез на коре каучукового дерева, из которого начинал сочиться сок, из него делают латекс. Кажется, что в лесу все чувства оголяются. Ты прислушиваешься к каждому звуку, всматриваешься в кроны деревьев. Это лист коричневый качается вдалеке или это машет лапой орангутан? Гид наклонился и поднял обглоданный плод гуавы — это означало, что совсем недавно орангутаны были неподалеку. Они едят фрукты, но половину плода, ту, где колючки, выбрасывают.
«А вот и гнездо орангутана», — показал мне Лемон на уютное ложе наверху, сплетенное из веток. То, что огромные рыжие приматы строят себе гнезда мне попросту, не приходило в голову, хотя должны же они где-то спать. Хорошо построенное гнездо необходимо приматам для выживания. «Постели» из веток защищают обезьян от хищников, помогают им сохранять тепло, обеспечивают безопасное место для сна на большой высоте.
Накрапывал дождь. В джунглях стопроцентная влажность, так что капли, падающие сверху, никак не мешали нашему походу, все равно я постоянно мокрая — и это не считая бродов, через которые мы постоянно перебирались. Если мои волосы постоянно влажные и я никак не могу высохнуть здесь, то как же шкуры животных, подумала я. «Орангутаны не любят дождь, они стараются укрыться под кронами деревьев, они могут использовать большие листья как зонт и сидеть под ним во время сильного ливня». Кажется, я все больше начинаю любить этих рыжих собратьев.
Наверху треснула ветка. Лемон достал бинокль и махнул мне рукой! «Это крупный самец». Я забыла про второй комплект глаз, которые должные смотреть на муравьев и змей под ногами, быстро нашла удобную полянку, чтобы поймать орангутана в объектив. И это было непросто — большие листья скрывали «лесного человека». Юный мохнатый тинейджер был один. У него еще не выросли массивные щеки и не отросла длинная шерсть. Он был один, но явно кому-то давал сигналы.
Новый день в джунглях начался с нового приключения, мы ушли на лонгботе в верховья реки, меняя дислокацию. Длинные лианы, по которым струился солнечный свет, свисали над водой, журчали перекаты, мимо которых мы ловко лавировали. Наверняка миллионы лет назад это также и выглядело — ощущение, что я попала в зеленую капсулу времени не оставляло.
Через час меня высадили у подножия водопада Энселуай. Я вылезла из лодки, прошлась до водопада, укрытого в джунглях, и села на мокрое бревно. Есть ли на этой планете медитации сравнимые по энергии с этой? Шум воды, сверкающие капли, маленькие переливающиеся радуги, зеленые цвета, запахи тропического леса — влажной листвы и земли, тонкие ароматы цветов, что вспыхивают яркими лепестками в джунглях, удаленность от чего бы то ни было.
На речной косе несколько мужчин обустраивали зону для пикника. Развели костер, срубили бамбук. Внутрь стеблей положили рис и специи, замаринованную утром курицу, которой мы разжились в деревне у ибанов. Это традиционный способ готовки ибанов. Знай только переворачивай бамбук. Стволы аккуратно обточили мачете, разрубили напополам, рис достиг нужной консистенции, курица была сочной. Получилось, если есть с традиционным соусом самбал, невероятно вкусно. И предположительно, даже не жирно — фактически на пару.
А вот орангутанам нужно 3000 калорий в день. Они едят тонны фруктов, поэтому именно циклы плодоношения деревьев определяют их миграции. Рандомные факты об орангутанах все как один были удивительны, и мы с ними во многом схожи. Они умеют смеяться и даже троллить сородичей, и даже круто делают битбокс. Они ленивы, и если плохая погода, могут вообще не вылезать подолгу из гнезда. По сути, они одиноки — социальны лишь мамочки с детенышами. Но иногда, видимо, когда им совсем тоскливо, орангутаны могут провести ночь рядом с другими особями, но тогда они хуже спят. У орангутанов самая долгая зависимость от матери среди всех животных на Земле. Они способны «делать лекарства» сами, жуя лечебные растения орангутаны делают пасту и накладывают ее на открытые раны.
Когда дикие орангутаны замечают хищника, они издают громкий «поцелуйный писк» — крик, похожий на поцелуй человека. Ученые полагают, что этот звук говорит: «Я тебя видел», а также даёт другим орангутанам знать о приближении опасности.Хоть они и ловки и несмотря на знатный вес, иногда падают с этой верхотуры и получают травмы. На землю спускаются крайне редко, предпочитая проводить большую часть жизни в кронах деревьев. .
А какова их старость? Что они делают в возрасте дожития, когда им за 50, шкура стала седа и мучает артрит и как умирают? «Я никогда в жизни не видел скелета орангутана, — честно признался Лемон. Вообще никто никогда не такого не видел. Наверное, остаются в своих гнездах или уходят куда-то далеко. Высокая влажность и бактерии в лесу быстро стирают все с лица земли — ничего не остается».
Одной встречи с оранжевыми животными мне было недостаточно, теперь вооруженная знаниями, я хотела увидеть их снова и снова. Но это оказалось не так просто, как я могла бы себе представить. На следующий день мы провели в джунглях много часов. Мы видели мелькание лап, слышали шум ломающихся веток от стремительного передвижения по кронам, но мы могли лишь догадываться — они там наверху.
Забронировать тур в Батанг-Ай можно на сайте компании Borneo Adventures. Благодарю за организацию незабываемого путешествия в джунгли Борнео. На сайте компании представлены увлекательные туры, которые сопровождают профессиональные лицензированные гиды.
Что еще почитать про Борнео:
Селинган – Остров Черепах
Круиз по реке Кинабатанган
Центр реабилитации орангутанов "Сепилок"
Лабук Бэй: Лес носачей
Направления 
Личный опыт 
Travel репортаж 
Достопримечательности 
Рейтинги Top Orange 
Orange Spa 
Отели 
Дневники Orange Diaries 
Путеводители
Оставить комментарий